Тени Ислама

Концепция

I. Османский театр теней Карагёз — Основные персонажи — Превращения персонажей — Известные типы и образы — Пространство II. Персидский театр — Хайме-шаб-бази III. Рефлексия в работах современных художников — «Огненные перья» Хамида Рахманяна — «Приключения принца Ахмеда» Лотты Райнигер — «Сказки на ночь» Мишеля Осело

Вывод

Из-за религиозных ограничений на изображение людей и текстоцентричности культуры, в исламском мире не возникло развитой традиции реалистичного театра с живыми актерами, изображающими человеческие страсти и конфликты в знакомой западному человеку форме пьес. Отдельные традиции проводить религиозные представления существовали, однако не нашли широкого отражения в визуальной культуре. Однако, вместо запрещенной или неразвитой драмы актеров, вышли на уникальные пути развития и расцвели другие визуальные, более приемлемые в религиозном обществе, хоть и остающиеся на его периферии, формы театрального искусства.

Ключевое исключение и вершина театрального искусства в классическом исламском мире — театр теней. Его самые ранние упоминания относятся к периоду XI-XIII веков. Первые неоспоримые свидетельства — три полные пьесы для театра теней, написанные рифмованной прозой и стихами на арабском языке египетским врачом, поэтом и офтальмологом, работавшем в мамлюкском Каире — Ибн Даниялем (1248–1311). Содержание его пьес насыщено социальной сатирой, юмором, элементами мистики и описывает жизнь Каира того времени, включая низы общества. И, хоть театр теней появился не как сугубо исламское искусство — его происхождение, вероятно, связано с культурными обменами по Шелковому пути, — а как заимствование и адаптация, в некоторых частях исламского мира он достиг расцвета, обретя свой уникальный язык и визуальный стиль.

Куклы, и особенно их тени, воспринимались как условные, символические фигуры, а не прямое изображение человека, что позволяло обходить религиозные ограничения. Активно путешествуя по торговым путям, традиция театра теней стала каналом культурного обмена внутри исламского мира и, впоследствии, источником вдохновения далеко за его пределами. И сейчас мы можем сказать, что Османский театр теней Карагёз и или Хайме-шаб-бази из Персии, были не только народным развлечением и формой социальной сатиры с элементами морального назидания, но и стали полноценным способом сохранения эпических и фольклорных сюжетов со своим уникальным визуальным языком, глубоко связанным с исламской эстетикой — характерной выраженной орнаментальностью и силуэтностью.

Данное визуальное исследование посвящено изучению классических традиций театра теней в исламском мире. В качестве визуальных примеров —работы как классических, так и современных художников театра теней. В первой главе рассматривается самый развитый и богатый пример, существующий и сейчас — турецкий театр Карагёз. Вторая глава рассказывает про персидский театр теней на примере современной постановки, иллюстрирующей и переосмысляющей его. Третья глава — рефлексия визуальных и сюжетных мотивов театра теней в анимационных произвеедениях западных авторов.

Карагёз — традиционный османский театр теней. Главный сезон для представлений — Рамадан. Представления шли каждую ночь после вечернего намаза и располагались в кофейнях, на площадях, в частных домах и даже дворах мечетей. Театр появился в XVI–XVII веках, и , по одной из легенд, дервиш Шейх Кюштери показал султану острое сатирическое представление о пороках чиновников и тяготах народа. Султан пришёл в восторг от смелости и мудрости мастера и назначил его визирем. Главный герой представлений— Карагёз, что в переводе значит «Черноглазый», —воплощение простого османского горожанина. Бедный, любитель пошутить и высмеять глупость с находчивым и остроумным характером. Его вечный оппонент — Хадживат — напыщенный, ханжеский «интеллектуал». Их диалоги — основа действия. Также сюжет строился на живых зарисовках османской жизни с жёсткой социальной критикой под видом юмора, весёлые перепалках Карагёза и Хадживата, их попадании в нелепые ситуации, погони и превращения. Сюжеты не были жёстко фиксированы — кукловод импровизировал. Во второстепенные персонажах часто можно было узнать известные типажи (щеголь, пьяница, иноземец, красавица), высмеивающие пороки общества, а также национальности и даже других популярных персонажей.

Куклы вырезались из тонкой, полупрозрачной верблюжьей кожи (иногда ослиной). Контуры и детали прорезались ножом, затем фигуры раскрашивались растительными красками (давая цветные тени). К куклам крепились 1-2 палочки из тростника или дерева для управления. Кукловод стоял за белым хлопковым экраном, двигая кукол, прижимая их к экрану и манипулируя палочками. Помощник мог подавать куклы и помогать озвучивать действо.

Сейчас Карагёз остается народным развлечением и важной частью турецкой идентичности, его искусство признано нематериальным культурным наследием ЮНЕСКО, а современные представления можно увидеть на национальных праздниках и культурных мероприятиях, в исторических местах или театрах.

Основное в этом театре — персонажи и их характеры, такие же насыщенные и выразительные как и их внешний вид. Поэтому в рассказе про Карагёз я сконцентрируюсь именно о рассказе о куклах. В своем визуальном исследовании я рассматриваю куклы, сделанные турецким художником Орханом Куртом — признанным классиком Карагёза. Он работал на протяжении двадцатого века, гастролируя с представлениями по всему миру.

Карагёз – главный герой, бедный, хитрый и остроумный простолюдин. Любит подшучивать над власть имущими, выкручивается из любых ситуаций, но иногда ленив и любит пожить за чужой счет.

Хадживат (Ходжа Насреддин в некоторых версиях) – друг и антипод Карагёза. Более набожный, рассудительный, но часто наивный и становится жертвой проделок друга.

Зенне – женский персонаж. Может быть как скромной девушкой, так и кокетливой дамой.

Челеби – богатый и образованный франт, говорит высокопарно, часто становится объектом насмешек.

Беберухи – горбатый шут и хитрый пройдоха. Его имя с турецкого переводится как дух ребенка, и он воплощает комический образ маленького, но очень вредного подхалима. Типичный представитель "маленького человека" в османском обществе: он не обладает властью, но использует хитрость и подлость, чтобы выжить.

Тиряки — опиумный наркоман, вечно в полубреду, говорит бессвязно. Комический персонаж, пародирующий зависимых людей.