Чистопрудный 14: дом со зверями
Самые красивые подъезды Москвы — пустые. В доходных домах рубежа веков и сталинских высотках мрамор, лепнина и хрустальные люстры, но внутри никто не задерживается: жильцы открывают замок, идут к лифту, уезжают. Единственный человек, который проводит там время, — консьержка на стуле. А в премиум-новостройках 2020-х, где лобби похоже на холл бутик-отеля, наоборот: жильцы садятся в кресло, разговаривают с консьержем, ждут друзей, открывают коробки от маркетплейса прямо на месте. Прошлись по шести типам московского подъезда — от дореволюционного до сегодняшнего — и смотрели на одно: где в подъезде живут, а где только проходят насквозь.
Бадаевский
Жилой дом на Кутузовском стоит на колоннах высотой с десятиэтажку. Проезжая мимо, многие притормаживают рассмотреть это сооружение. Под корпусами оставили старую пивоварню Бадаева XIX века и парк, и по задумке архитекторов будущие жильцы будут спокойно ходить под собственным домом. Авторы — швейцарское бюро Herzog & de Meuron, у которых в портфолио лондонская Tate Modern и пекинское «Птичье гнездо». В Москве это их первый жилой проект. Сейчас западная часть готова на 85%.
LUCE в Крестовоздвиженском
В тихом переулке у самого Кремля собирают семиэтажный фамильный дом на 46 квартир. Архитектор — итальянец Марко Казамонти из флорентийского бюро Archea Associati, чей самый известный проект до этого — винодельня Антинори в Тоскане. В Москве он соединяет русский конструктивизм с итальянским Ренессансом. Часть проекта — конструктивистский дом 1927 года архитектора Владимира Глазова, который не снесли, а аккуратно встроили в новый объём. Латунь, натуральный камень, микроцемент.