Семиотика метаморфоз

В этой главе рассматривается набор тем, который проходит лейтмотивом через историю молодой девушки, переживающей физические изменения. В качестве наиболее ярких драматургических вех, объединяющих героинь из первых двух глав, выделены мученичество, любовная лирика, меланхолия, эротизм и идиллия - каждый из пяти разделов раскрывает символизм изменения, происходящего с женским персонажем.

Уязвимость девушки часто подчеркнута зловещей силой, с которой ей предстоит встретиться, и которая является обстоятельством метаморфозы: единорог превращается в девушку, чтобы скрыться от быка, Русалочка договаривается с ведьмой о смене русалочьего хвоста на ноги, дьявол помогает Жанне обрести сексуальность - ее кожа и волосы меняют цвет. Как правило, эта сила беспощадна, доминантна, обезличена и изображена агрессивным красным цветом. В каждом из случаев героиня не может полноценно физически противостоять, она уязвима, зависима от обстоятельств и должна пожертвовать чем-то важным, чтобы получить желаемое, тем не менее, она вступает в конфронтацию, что указывает на искренность ее порыва и смелость.

"Капиталист – это завоеватель, а завоеватель – это чудовище, кентавр. Его передняя часть питается воспроизводством регулируемых систем метаморфоз, контролируемых законом товарного стандарта, а задняя часть – грабежом перевозбужденных энергий." [6]

Через контраст цветов, остроту форм и агрессивные фронтальные ракурсы передан дискомфорт героини, ее страх и диссонанс при коммуникации с жуткой мистической силой. Обезличенность антагониста, представленного скорее как символ нежели как личность, противопоставлена ярко выраженной индивидуальности женского персонажа. Интересен образ солнца в Русалочке - с одной стороны, оно согревает своими лучами, с другой, нависает мрачным предзнаменованием - девушка погибает на заре. Так же амбивалетно пламя в истории Жанны - оно одновременно символизирует и экстаз, и агонию.

Неоднократно выступают на первый план мотивы насилия и издевательства над девушкой, которая не в состоянии дать отпор. Поднимается тема зависимого положения в патриархальном обществе, незащищенности. Чаще всего герой, совершающий насилие, обезличен - а его рука грубо касается лица - ведь именно оно, как правило, ассоциируется с идентичностью, так, что оскорбление особенно глубоко и несет в себе черты подавления личности.

«Женское тело — это не только объект желания, но и зеркало, в котором отражается унижение.»[5]

Визуально жажда ограничить героиню выражается не только в физическом насилии и доминировании. Девушку, словно преступницу, стремятся ограничить, осудить и замкнуть в тюрьму, если она не вписывается в общественную норму - что метафорически иллюстрирует историческую судьбу женщины в системе координат патриархата. Грубый ритм решеток и копий контрастирует с нежным и уязвимым образом, что создает абсурдное впечатление с перифразом на историю Жанны д’Арк.

Истории героинь изобилуют религиозной символикой, что неудивительно, ведь мученичество очень близко соседствует со святостью. Русалочка переживает библейское искушение спасти свою жизнь, зная о смерти, но предпочитает пожертвовать собой ради любимых и расстаться с человеческим обликом, став пеной - что можно считать метафорой Вознесения. Единорог является образом нравственного идеала, этот символ сакрален - Амальфия, как и Русалочка, переживает вочеловечение. Незаслуженные страдания чистой девушки, принявшей человеческую форму драматургически роднят ее со Христом. В “Печальной Белладонне” этот параллелизм выражен визуально - Жанна распинается на кресте.

Гибель девушки эстетически привлекательна - нравственно страдания Жанны вызывают сочувствие, но визуально они завораживают. Это пик ее беспомощности и безответности, она становится в полной мере телом, которым можно воспользоваться, не спрашивая разрешения.