Интерес к Севастопольским лестницам имеет многовековую историю и традиционно увлекает людей в разные времена обратиться к их жизни и сосуществованию. «Город возник на обрывках скал и холмов, соединенных лестницами, мостами и винтообразными узенькими тропинками». Это Лисс, портовый город, созданный фантазией Александра Грина. Но это и Севастополь. Сам писатель признавался в «Автобиографической повести», что «некоторые оттенки Севастополя вошли в мои города: Лисс, Зурбагаи, Гель-Гью и Гертон». Обратите внимание, какая особенность привлекла здесь писателя, обладавшего обостренным чувством прекрасного: сложный рельеф, размещение зданий на разных уровнях и, главное, лестницы…». В самых разных воплощениях и многими поколениями людей, городские лестницы живут с Севастополем. Они с именами царственными и безымённые, они с обустройством «обласканным» и «батрацкие». Они в шикарных «зеленых шубках» и абсолютные «голыши». Одни сильно истертые и «ожидающие заботы», другие с намытыми до парадного блеска ступенями. На момент проведения работы, мне захотелось познакомиться глубже с пространством одной из городских лестниц через самоощущение и практики жителей, практики её пользователей.
Выбор лестницы определился интуитивным выбором и образом. Когда проходя мимо, мой взгляд выхватил, а тело остановилось, «пришли» будоражащие мысли и вопросы, вместе с остановкой моих ног и рук. Тогда, когда появилось «внутреннее непонимание» — а в связи с чем, собственно, такое проявление мышления, ощущений, эмоций вопрошания? Когда я «схватилась» моим целостным миром, тогда зародился и укрепился выбор этой лестницы. Незнание для самой себя, почему такая реакция, откуда такой выбор и тяга к «размещению» на ней. Я ещё не проходила по ней. Но когда-то, года два приблизительно, назад, проезжая мимо в общественном транспорте, всматривалась в красоту крымской сосны, растущей на одной из её площадок. Получается, что моим взглядом, это вторичное возвращение к месту, и зрение сохранило отпечаток его в памяти чувств. Теоретик гуманитарной географии пишет: «…Туан в „Пространстве и месте“ рассматривает взаимоотношения между людьми и миром сквозь призму человеческого восприятия…». «…Фокус „Пространства и места“ на том, как мы, человеческие существа существуем в мире — как мы относимся к окружающему миру и преобразовываем его в „место“. Мне захотелось „вжиться“ с этим местом в повседневности, замедляясь, чтобы с каждым посещением, пробовать знакомиться с тем, что не знаю, с новым опытом „разворачивания“, чтобы выявлять многообразие связей этого места и меня с лестницей. Интересно вглядеться в знакомую практику подъемов и спусков по городу, из точки незнания моего тела и восприятия этого места моим телом.
С какой целью?
Чтобы выяснить, какой образ неотъемлем от этой городской лестницы и как он связан с географическим, социокультурным ландшафтом жизненной ткани города. Чтобы через исследование с феноменологическим подходом и рефлексивных практик лучше понять мою связь с этим местом и образом, и саму себя. При выборе методик исследований руководствовалась и учитывала: наличие моих ресурсов и возможности быть с местом около месяца; приемлемым масштабом охвата территории в лице одного исследователя; доступностью к историческим архивам и данным в открытом доступе. Сбор и систематизацию исследовательских данных проводила, поставив такие задачи: Познакомиться в «вольной прогулке». Исследовать, как место связано с историей и окружающим в пространстве исторически. Обследование состояния с фото фиксацией, физическое и живое, с комментариями в отношении «гуманизации и починки» места. Вести дневник само рефлексии и визуализировать результаты. Сформировать свои выводы. С утра до позднего вечера, но в разные часы дня, фиксировала — что происходит на лестнице. Вносила в «Анкету дня» мои подсчеты и заметки о прохожих, с примерным определением возрастной группы. Данные по месту собирались в будние и выходные дни. Анализ данных послужил основой для составления результатов исследования и визуализации на общей карте-схеме, с отображением жизни места — в цифрах, схемах, метафорах, фотографиях. Основные результаты проведенных исследований показываю в: зарисовке и ментальных карт исследования; «исторической справке» о месте из разных источников; предложения по «гуманизации места»; сводных данных по наблюдениям и следам фото фиксации. Учитывала этичный аспект — разрешения к фотофиксации.
Пространство лестницы находиться в центральном районе города по улице Ленина в одной точке и по улице Галины Павличенко, в другой точке. Она не имеет названия, но место нахождения определяется поиском через интернет и навигационные приложения, с заданием адреса и дома — Ленина 40. Попасть в этот дом, можно поднявшись на первую часть лестницы, пройдя по нижней площадке её. Эта историческая часть города, рядом с. Южной бухтой. Её границы образуют Павловский и Николаевский мысы, а длина — 2,4 км. В Южной бухте с момента основания города размещали корабли. Сейчас здесь стоят как гражданские суда, так и военные корабли. Координаты дома 42 на улице Ленина в Севастополе: 44.608442, 33.526654. Координаты Южной бухты: 44.605902, 33.531037
Вольная прогулка.
Феноменологическое исследование в вольной прогулке, как одна из любимых моих практик восприятия и осмысления пространства через телесный опыт, произошла в начале апреля. Состояние полного незнания, что будет и как будет, как первое знакомство с пространством. Первая встреча, наверное, может быть схожей с тем, чувством, когда мы впервые встречаемся с человеком. Для меня так, потому что, есть незнание и неведение дальнейших реакций, взаимодействий с окружающей средой и проживаемых ощущений. На первой встрече с лестницей я была в максимально свободной и легкой одежде, но спортивного стиля. Поэтому при себе был только телефон и ключи от дома. Мне захотелось начать прогулку с верхней и незнакомой мне точки «входа и разворачивания» моего тела. Это желание определило ходьбу по лестнице с направленностью на спуск вниз, где находится ул. Ленина. С одной стороны, хотелось через телесное и чувственное соприкосновение, ощутить новизну и поделиться личными впечатлениями и переживаниями, описывая, мои мысли, связанные с этим местом. Как описано в книге Ребекки Солнит «Wanderlust: A History of Walking», где автор отмечает, что прогулка в виде личного восприятия и само рефлексии позволяют ей не только исследовать новые места, но и углубляться в свои мысли и переживания. С другой же стороны — прикоснуться к ландшафту, материалам, воплощениям этого места, используя время возможности «танцевать в одном стиле» с ним, «пульсируя общим дыханием». Как пишет Сара Ахмед: «…Когда мы смотрим на объекты, будто в первый раз, они вызывают удивление: это позволяет объекту дышать, а истории внутри него — ожить…» (Ahmed, 163). Несколько шагов по цементной площадке, и мои ноги остановились, плотно прижимаясь к основанию ступенек.
Мой взгляд, опустился вниз, разглядывая, что находится вокруг моих ног. Первая мысль: «обычный лестничный пролет и ступени». Потом я задалась вопросом, а почему я остановилась. Мое лицо обдувал свежий холодный ветер. Может направление ветра в противоположную сторону моего движения? Поднимаю лицо и глаза широко «развернули» обзор с высоты положения моего тела, над большой картиной бегущего общественного транспорта по трассе на ул. Ленина, грохочущей Южной бухты и поселений Нахимовского района. Сигналы, шумы, звуки работающих транспортных и судостроительных механизмов и организаций, перемешались с тихим и еле уловимым шёпотом ветра. Наверное, если бы я померяла давление, то оно было бы выше, чем обычное. Потому что участилось сердцебиение. С правой стороны тела, лестница «смотрит» на море и соседствует с воздушным пространством.
А с левой стороны земляной покров и высокие деревья. Правой рукой я прикоснулась к ограждению лестницы. Ограждение выполнено из бута, но сверху накрыто цементной «шапкой», напоминающей холм. Кожа рук начала менять цвет и покрываться мелкими «мурашками», ощущение холода и ветра постепенно проникало от пальцев вверх по рукам. Даже «веселящий» мои глаза и сердце, солнечный зайчик, не прибавлял солнечности. Потом я прикоснулась к корням много видавшего плюща, поскольку толщина его, намекала на это обстоятельство, и коже рук стало влажно и еще холоднее. Запах чего-то влажного и сырого, даже в чем-то напоминающего запахи гнилого, отвлекли мои глаза от панорамного обзора и направили к поиску вещей или предметов, которые могли бы соединить с этим запахом. В сцепке плюща и подпорной стенки в виде ограждения, под трещинами и в щелях строительной кладки, я увидела сосновые иголки и листву от разной растительности. Запах от перегнивания выталкивал меня с этой точки «схватывания». Я пробежалась глазами по всей лестнице, показалась, что она полностью видна сверху. Людей на ней не было, крик залетевших нескольких чаек «разорвал» тишину места. Моё ощущение напоминало больше смутное состояние, чем-то, которое я могла бы как-то описать. Но я услышала голоса людей за моей спиной, прижалась к левой стороне и продолжила движение, спрятав руки в карманы. Сделала несколько глубоких вдохов, как бы разогревая тело изнутри для ходьбы. Интересным и непонятным для меня было то, что при ходьбе на спуске мое тело замедляется. Прохожу несколько пролетов. Дом с удивительной архитектурой, напоминающей в центре города матросский клуб, стал хорошо виден, потому что затеняющие ветки деревьев остались позади.
ДОМ С УДИВИТЕЛЬНОЙ АРХИТЕКТУРОЙ
Разглядывая его сверху вниз, по окнам и балконам, взгляд выхватывал причудливые узоры из металлоконструкций, дерева, лепнины и просто вещей. Несмотря на «вещевой разнобой» каждого жилища, экстерьерный и внешний ансамбль смотрелся целостно. Мыслями я перенеслась на эти балконы и подумала, что в этом доме сохранилось «дыхание истории». Не только в стилистике и архитектуре, но и во внутреннем убранстве и месте жильцов. Почувствовала, что начала переминаться ногами и сделала шаги вперед. Треск от упавшей шишки, привлек моё внимание к деревьям. И я обнаружила, что здесь не одна, а три сосны, на каждой из террас нижней части лестницы. Почувствовала тепло и «расползающуюся» улыбку на лице, от радости встречи с зелеными красавицами. Теперь уже близко всем телом. И не в " зрительном диалоге», а с «троицей» этих крымских красавиц в одной точке земли и времени. Я подошла к одной из них. Вы видите её фото и прикоснулась двумя ладонями, мысленно произнося «ладушки». Таким было «вмещение» и воспроизводство местного гостеприимства. Как будто мое: «привет сосна»!
С этой точки «схватывания» с местом «жизненное пространство» оживилось, «вмещало и расширяло» меня, более гостеприимно. Скорее всего, как писал Гусерль, моя ближняя сфера, то, что доступно и в горизонте моего тела, соединилось с дальней сферой. И возник впечатляющий для меня и единый «пространственно- временной ансамбль». Моя улыбка, теплота в районе грудной клетки, наклон тела в сторону ствола сосны, наклон головы соединили мои чувства, мысли, действия в моменте — «здесь и сейчас». Через какое-то время, я подумала, была бы здесь скамеечка, я бы почитала на этом месте. Или слушала музыку. Это место отсылало меня к творческим занятиям или соприкосновению с искусством. Несколько человек быстрым шагом прошли мимо меня, смотря себе под ноги, не обращая внимания на происходящее. Провожая их взглядом, я развернулась всем телом. Теперь совсем понятно и было видно, как схематично выглядит вся лестница. Потому что снизу, есть точка расхождения лестницы в две стороны. Это напоминало «рогатину», из которой мальчишки в моем детстве целились по движущимся мишеням. По ощущениям направление ветра изменилось, стало даже безветренно. Удивительно, что обозревая лестницу в начале прогулки, я видела ее длинной и большой, сейчас же, находясь в центральной ее части, она видеться мне совсем маленькой. Подумалось, что «малое является частью большого, а большое, в свою очередь, включает элементы малого». Мои мышцы ног и спины, «просили» сменить положение тела. Но положение, стоя, единственное, которое возможно здесь.
Скамеек нет. Присесть на цементную кладку можно, я так подумала. Там, где ограждение в виде периметра клумбы, оно очень низкой высоты, можно и присесть. Однако, тело, запомнило ощущение холода, в начале и «тормозило» мои попытки приземления. Теперь ощущение смутности сменилось, на ощущение сплошного вопрошания, к самой себе. Потому что, прогулка, ничем не подсказывала мне — почему такая ориентация определилась моим телом, как задается им направление моей ходьбы. Я почувствовало жажду, мне захотелось пить…Ухожу с места и по дороге на катер думаю. Ведь на этой лестнице я впервые. Мышечной памяти и моих «отпечатков тела» здесь не было. Вспоминаю процесс ходьбы. Первое, что приходит это холод и свобода взора — панорама, впечатляющий дом, притягивающие деревья. Именно эти объекты служили «направляющими». Новый опыт движения по лестнице, позволил увидеть, услышать и почувствовать новое пространство как «карту ориентации», в сделанном мною выборе — выборе именно этой городской лестницы. Возвращаясь с прогулки по улице Ленина, мне пришла мысль, о том, что это место и исследование может не моя ориентация, а наоборот — отклонение от моего маршрута движения. Ведь вопросов становится только больше, смутность в чувствах, настораживает меня. Вместе с тем, следуя, логике теоретика феноменологии, Сары Ахмед, о том, что отклонение есть путь к трансформации, или начальная точка по созданию новых ориентиров, получается, что для меня самой исследование, связанное с этим местом, может быть и началом нового маршрута моего движения. Несмотря на неясные чувства, тело бодро и собранно несло меня по «привычному» маршруту, а внутренний голос, подсказывал, что вольная прогулка, сделала «мир того пространства» для меня чуть ближе телом, хотя еще больше не понятным. И уже из этого знания, я запишу ответы на вопросы в дневник исследований.
«Все мы обладаем телами и неизбежно находимся где-то. Это делает наши жизни расположенными. Но что значит, для наших жизней быть расположенными и разворачиваться в пространствах?» (А. Дмитриевская, 2026).
Дневник. Что запомнилось? Тело запомнило холод и тепло от соприкосновения с ограждением и деревом. Холодный воздух, наполняющий легкие «необъятной свободой вдоха». Усталость ног и мышц от положения стоя. Как я чувствовала себя? Чувства смешанные и противоречивые. Приземленность и возвышенность, улыбка и настороженность, радость и тревожность, интерес и увлеченность. «Танцевала в одном стиле» с местом, в тот момент, когда соприкоснулась прямым взором картиной жилого дома. Когда через внешний рисунок, мысленно «вошла» в жилое и внутренне его содержимое. Какой «пространственный ансамбль сложился» в этом месте? Все «пазлы» моего мироощущения, от продвижения и телесного соприкосновения, сложились в какую-то наклонную плоскость. Как будто я на наклонной мира и тело балансирует в поиске лучшей точки «схватывания» с местом. «Общее дыхание» воспроизводилось, при соприкосновении руками с сосной и поднятием головы вверх, в момент, когда обняв ствол, рассматривала причудливый рисунок кроны дерева. Какие моменты проживало тело? В движении — замедленность. На местах остановки — учащенный ритм сердцебиения. Перепады «комфортно расположилась» тело и «неуютно». Позитивный отклик на зрительную память сосны в этом месте. Мысленное перевоплощение в жильца дома. Какие привязанности и ответственности рождаются из связи с местом? Захотелось больше рассмотреть лестницу в деталях и крупно. Дом имеет на первом этаже современные входы с рекламными вывесками, поэтому возникло большое желание к знакомству и возможность про людей, работающих там. Отметила себе, чтобы взять на социальное исследования какое-то приспособление, чтобы можно было посидеть и термос с водой. Так же брать мусорные пакеты, потому что мусорный контейнер есть в одной точке лестницы. Что я думаю об этом? Мысленный процесс, больше направлен на меня, а не о месте. В голове — то рой мыслей, то не одной. Все они ведут к вопросам о моей мобильности в наклонном положении тела.
Физическое и живое пространство.
«Форма социального пространства — это контакт, объединение, симультанность. Что объединяется? Что объединено? Все, что есть в пространстве, все, что произведено либо природой, либо обществом — либо их совместными усилиями, либо через их конфликты. Все — живые существа, вещи, предметы, произведения, знаки и символы. Пространство-природа сополагает, рассеивает; оно ставит в один ряд локусы и их наполнение. Оно создает частности. Социальное пространство предполагает объединение в одной точке или вокруг одной точки, уже состоявшееся или возможное.» Географическое положение Севастополя стало основополагающим для обустройства и благоустройства его жителей во все времена существования города. На фотографии, хорошо видна географически холмистая поверхность земли: «Панорама Севастополя и его окрестностей» 1855 г.
Поэтому здесь изначально, обустраивали пространство территории и земли, таким образом, чтобы быстрее перемещаться по всему пространству, что называется не «в обход» — а напрямую, через холмы, поднимаясь и спускаясь. «…Севастополь — город лестниц. Мы это знаем, мы это любим подчеркивать. Ведётся их подсчет. По состоянию на начало 80-х годов XX века у нас было 600 улиц-лестниц, то есть лестниц с адресами….» Каким образом место вписано в общую ткань городского пространства, мы можем увидеть, проход со мной путь от памятника Комсомольцам. Идем через дорогу, по переходу попадаем прямо на вход к лестнице.
ДВИЖЕНИЕ К ПОДЪЕМУ
Здесь много точек внимания, необходимо соблюдать много разных социальных правил, чтобы быть в безопасности проходить отрезок, много пересечённого потоками движения и техники места. Но когда, оказываешься на первой ступеньке, близко расположенные подпорные стенки, сразу создают «каменный пояс» во весь мой рост. Тело принимает более расслабленное состояние и даже серость цемента, не омрачает, а больше располагает к позитиву, «стены» это значит — «я в домике». Стены защищают, создают мне как будто основательность и чувство «земли». Физически мое знакомство с лестницей, получилось вот таким изображением сгруппированных цифр на листе бумаги. После переноса на доску с более похожим на лестницу изображением, все же на математику и геометрию больше похоже. Знакомство — считалочка, потому что посчитала и померила шагами разные места, вроде «прощупывая на связь с науками». Зачем мне расчеты не знаю, но сделала, то, что помогло нарисовать первую схему. После вольной прогулки, рациональная часть меня решительно «взяла слово» в общении с местом. Наше произведение создавалось с мыслями о строителях, потому что, судя по физическому состоянию, место не так давно принимало строительную бригаду. Люди «чинили» это пространство, но выборочно и местами. Значит, лестница имела другой вид, и скорее всего даже видов было несколько. Во время осмотра, рисований и подсчетов, двигалась в верх и вниз, достаточно твердо поступью. Повторяющиеся действия, «протоптав опыт», помогали уверенно и легко разворачиваться телу здесь. Эти повторяющиеся движения создали в теле «мышечную память» или «привычку к направлению». Тело «знает», куда идти, даже если сознание не всегда может точно сформулировать маршрут. Ахмед называет это «оседанием» или «укоренением» в пространстве. В дневнике обозначила: после «вольного прорыва», тело вернулось, к тем пространственным категориям, когда места описывали математическими формулам, параметрами длины, ширины, высоты. Когда есть с чем сравнить, осознаю, как много упускалось из пространственных характеристик.
ПРИРОДА — «МЕДЛЕННЫЕ ПРАКТИКИ» МЕСТА
Что видела, как ощущала? Природу, как неотъемлемую часть пространства, и ее обитателей. Потому что из «незнание» познавала новое и всматривалась в то, что ощущаю привычно, проживая в городе. Опишу то, в чем просвещалась. Красивое дерево на первой нижней площадке это Багрянник европейский. Как декоративное растение, Багранник применяется для оформления парков и садов, улиц. Культивируется еще с XVI века, а в России с 1813 года. Широко распространен на Черноморском побережье Крыма и Кавказа, где плодоносит, даёт самосев и дичает. В народе имеет такие названия: «иудино дерево», «дерево любви», «красный бутон». Как в этом дереве соединилось красота и яд, любовь и смерть можно понять, ознакомившись с легендами. Поскольку я привычна к этому растению, в городе много такой красоты, особенных эмоций не происходило. Конечно, я любовалась цветением, яркость красок и буйство цветов радуют мое сердце. А мысленно, пребывала во внутренней уверенности, что в этом месте, оно бы росло в любом случае. То есть, если бы я смотрела на нашу лестницу в прошлом веке или в будущем — все равно его бы увидела. Вот второй раз мысль о том, что это место, в какой-то неизвестной мне жизни, со мною связано. Первый раз, когда рассматривала жилой дом.
Три сосны, которые разместились на террасах лестницы, я не знала точного названия. Они называются пицундские. «…Сосна пицундская (Pinus pityusa Stev.) — это не просто дерево, а живая реликвия, уходящая корнями в далёкое прошлое и олицетворяющая мощь природы Кавказа. Этот эндемичный вид является важной частью флоры Черноморского побережья Северо-Западного Кавказа, одной из самых древних и удивительных хвойных пород, сохранившихся с третичного периода. Она пережила миллионы лет, пройдя через ледниковый период и климатические изменения, но всё ещё сохраняет свою силу и красоту… Это крайне выносливое дерево….Её крона редко бывает густой, а ветви широко раскидываются, позволяя дереву захватывать пространство на скалистых склонах. Она предпочитает свет и с лёгкостью переносит засушливые условия, что позволяет ей процветать даже в бедных на питательные вещества и влагу почвах — например, на голом мергеле и известняке…. Сосна пицундская в Красную книгу РФ вид внесена под статусом 2а как сокращающийся в численности. Также она включена в Красный список Международного союза охраны природы (Red List IUCN) как вид, требующий первоочередной охраны». Наверное, исследуя это место, больше всего почувствовала, что сосна это мое дерево. В том смысле, что с ним мне хорошо, как в своем «теплом» мире. Пусть даже иголки, вместо листвы, оно как-то располагает мои точечки тела и ощущение с теплым светом. Когда мама растила цыплят, она у совсем малых — ставила лампу. Они жались друг к дружке — мягко, светло, тепло. Очень странное сочетание, такого воспоминания из детства и близости с сосной. Руками трогать его нет желания, а вот такое чувство «малого» в свете теплоты «большого и светлого» есть. Это дерево, тоже для меня «привычно знакомо», вместе с тем, раскрываю какое-то новое мое внутренне знание о наших с ним отношениях, здесь, в этом месте. Может сосны, «принесли мне весь свет», накопленный в этом месте, гостеприимно привечая и меня, среди всех прохожих.
Кроме этого, здесь растут высокие и «повидавшие», из «медленных практик» — десть «старушек» елей, 24 туи, 8 акаций, много разных трав и само сеянцев живого растительного мира, произрастающего в этих почвах легко. Поскольку не видно следов ухода за ними. Все больше выглядит, как в местах, где люди, не касаются свое деятельностью к природному ландшафту. Есть следы спила дерева. Возможно, что была необходимость спилить его, как наводящее «страх» на пешеходов, в образе «опасности». А возможно, само дерево, «покинуло» это материальный мир, корнями сохранив, уместность в земле, проявляя людям болезненное или немощное свое состояние, что привело к человеческому действию в виде разрушений растительного мира.
Наши друзья меньшие, здесь кормиться и природным и человеческим участием. голуби и сороки привычны и к «пешеходному стилю жизни» и городскому ритму. В обеденное время слетаются к лестнице в наибольшем количестве. А утром, можно видеть емкость с водой для всех «поселенцев», которую наполняют, возможно жители с загадочного дома. Не удалось увидеть. Коты — это вообще, про все севастопольское пространство — это, как правило. Если, котов не видите, близко, то вы точно, не в Севастополе.
ИГРА СВЕТА И ТЕНИ
Как причудливо место «производит» рисунки световыми потоками, в полдень и на закате Солнца. Место «лицом» направлено на восходящее Солнце, при закате через деревья и здания, свет проникает «грудясь» сквозь «чащу населённости». Это удивительно, как они играют материальное и небесное, сплетаясь в узор моих метафор. Вижу портал света входящий в «врата лестницы», «тенистую паутинку».
Вижу «пятнашки» вдоль ограждений по всему пути ступенек, «настенные рисунки». Давно, люди так рисовали на скалах, сохранив информацию через символы и знаки. А в век «цифровизации», сама природа себе в этом не отказывает. Игра темного и светлого веселит и радует.
Пройдем вперед по все лестнице. Она напоминает своим строением букву «Y». Когда мы поднимаемся на пару площадок, то оказываемся на развилке лестничных дорожек. Если вспомнить сказки, то это когда: «направо пойдешь будет это, а на лево пойдешь будет — то…». В любом варианте движения, лестница приводит к старейшему архитектурному зданию, и исторической ценности России. Подробнее, поделюсь дальше.
БОЛИ МЕСТА
