Как советский «Остров сокровищ» обессмертил себя в сознании зрителей

Концепция исследования Визуальная составляющая фильма — Источники Вдохновения и эволюция художественного стиля Черкасского — Специфика анимации «Острова сокровищ» Гибридизация разных медиажанров — Игровое кино — Карикатура и комикс — Мюзикл — Популярные жанры кино Кладезь мемов Актуальная мораль Заключение Библиография Источники изображений

Предисловие:

Можно напрочь забыть сюжет оригинального романа «Острова сокровищ», но ни один человек, видевший этот советский мультик, никогда не забудет: «Слово „рум“ и слово „смерть“ для вас означает одно и то же!» [3]. Эта цитата, ставшая культурным кодом, как нельзя точнее отражает суть феномена.

Основные вопросы и цель исследования:

«Остров сокровищ» 1988 года — это уникальный и гениальный анимационный эксперимент, который смело ломает все возможные условности жанра, представляя собой не просто экранизацию книги, а неповторимое авторское высказывание, сочетающее в себе выдающийся визуальный стиль, стирающий грань между анимацией и комиксом, тонкий, остроумный юмор, захватывающие приключение и нестареющий моральный посыл. Каждый зритель, хоть раз увидевший сцены из этого фильма, запомнит их на всю жизнь. Мы забываем детали книги, но помним визуальные образы, абсурдный юмор и моральный посыл мультфильма. Почему это произошло?

Чем же именно советский «Остров сокровищ» так запал в души и память зрителей?

Почему его продолжают вспоминать и цитировать по прошествии более, чем сорока лет спустя даты выхода на экраны?

Что так выделяет его на фоне других фильмов того же времени?

Что нового и важного этот фильм привнес в культуру анимации, и почему он до сих пор актуален?

Что необычного могут из него подчерпнуть современные художники и режиссеры?

Поиску ответов на эти вопросы посвящается данное исследование. Будут подвергнуты анализу следующие аспекты фильма:

— Визуальная составляющая: художественный стиль Давида Черкасского, источники его вдохновения, техника анимации;

— Жанровая культура;

— Актуальность визуальной стилистики в цифровую эпоху;

— Моральный посыл;

Ценность представленного исследования определяется его фокусом на механизмах формирования «вечной» актуальности «Острова сокровищ». В нем выявлены принципы создания анимационных техник и визуального языка фильма. Работа раскрывает действенные алгоритмы для создания глубоких и долговечных визуальных произведений.

Визуальный ряд является главным компонентом кинематографического языка, формирующим первичное восприятие и эмоциональный отклик зрителей.

Мультфильм «Остров сокровищ» (1988) демонстрирует уникальный художественный стиль, где сочетаются графичная условность и карикатурная гротескность, многослойность фона и сложная кинематографическая оптика.

Данный раздел ставит целью провести визуальный анализ художественного стиля картины для выявления и систематизация источников, повлиявших на его формирование. В фокусе внимания окажутся такие аспекты, как смешение анимационных техник, заимствование приемов из смежных медиа (комикс, книжная иллюстрация, игровое кино) и особенности их адаптации в контексте советской анимации конца 1980-х годов.

«Остров сокровищ» (1988) не является первоначальным проектом творческого тандема режиссёра Давида Черкасского и художника Радны Сахалтуева. Становление их уникального визуального языка можно проследить в их более ранних работах — еще в сериях «Приключений капитана Врунгеля» (1976) и «Доктора Айболит» (1984).

В процессе работы над этими картинами и был сформирован узнаваемый авторский стиль, который стал основой для «Острова сокровищ».

Какими визуальными источниками вдохновлялись авторы этого стиля еще при создании «Приключений капитана Вругнеля» и «Доктора Айболита» — рассмотрим далее…

Согласно статье Наталии Хомяковой: «Бандито-гангстерито. Как создавали мультики про капитана Врунгеля и Айболита» от 24 марта, 2019 г. [1], главным источником вдохновения Черкасского в анимации были серии «Монти Пайтон» и советские мультфильмы о Бароне Мюнгхаузене.

«Похождения Мюнгхаузена» (1929) — был первым анимационным фильмом, который Давид Черкасский увидел в кино в возрасте шести лет, и он произвел на него большое впечатление.

По стилистике «ранний» черно-белый Мюнгхаузен значительно отличался от новой версии, выпущенной в 1973 году, однако, при сравнении этих двух картин, следует вывод что визуальное решение для собственных фильмов Черкасский подчерпнул из поздних серий «Приключений Мюнгхаузена»:

Визуальная связь «Приключений барона Мюнгхаузена» и «Острова сокровищ» наиболее четко прослеживается в сопоставлении образов пиратов в обеих картинах, и при последующем их сравнении с аналогами из серий «Доктора Айболита» и «Капитана Врунгеля»

Можно также проследить сходство стилей «Приключений капитана Врунгеля» и анимационных вставок из «Монти Пайтон», что дополнительно утверждает последний в качестве источника вдохновения Черкасского:

Однако следует предположить, что не только кинематографические образы послужили фундаментом в становлении стиля Черкасского.

Во многих аспектах он отражает хорошо знакомые советским гражданам стили художников Конашевича и Сутеева, знаменитых своими иллюстрациями к произведениям К. И. Чуковского:

Сам Сутеев был в тесном знакомстве с Корнеем Чуковским, и при написании своих иллюстраций к его произведением частично опирался на рисунки в литературном первоисточнике доктора Айболита — «История Доктора Дулитла» Хью Лофтинга.

Цепочка заимствования и эволюции образов героя-доктора становится более наглядной, если разложить его изображения в хронологическом порядке:

Визуальные параллели непосредственно с «Островом сокровищ» Черкасского можно также проследить и в иллюстрациях К. Сапегина к одноименному диафильму 1971 года:

Определенное сходство художественных стилей — особенно в дизайне персонажей — можно также заметить и в иллюстрациях Богуслава Микеша к самому литературному первоисточнику:

Как мы можем убедиться, своим уникальным художественным решением «Остров Сокровищ» 1988 г. обязан далеко не одному источнику. Давид Черкасский черпал вдохновение у разных художников, которые в свою очередь также опирались на видение и мастерство предшественников.

Мы видим, какую эволюцию прошли образы героев «Острова сокровищ», и как тесно она связана с героями других фильмов Черкасского — «Приключений капитана Врунгеля» и «Доктора Айболита», а также какие изменения они претерпели.

Перед нами закономерно встает следующий вопрос: в чем именно заключается специфика художественного решения и анимации «Острова сокровищ» в сравнении с ними?

Как мы можем наблюдать: новаторский художественный стиль и визуальный нарратив фильмов Черкасского кочует из «Капитана Врунгеля» в «Доктора Айболита», а из него и в «Остров Сокровищ».

Мы наблюдаем в нем те же приемы ономотопеи, что в «Капитане Врнунгеле», те же гипертрофированные черты героев, те же гротескные движения персонажей с пропуском промежуточных фаз и те же оптические эксперименты с панорамным «движением камеры», однако в самой технологии анимации «Острова Сокровищ» присутствует существенное отличие: она, преимущественно, рисованная. В данном фильме Черкасский отказался от испытанной в прошлых фильмах технологии «плоской марионетки». По какой причине?

Данное изменение, предположительно, можно счесть еще одни реверансом в сторону вышеупомянутых «Приключений Барона Мюнгхаузена», однако у него были и другие значимые преимущества, которые мы можем наблюдать в кадрах фильма: