Рубрикатор
- Концепция
- What is Comme des Garçons?
- Rei Kawakubo: отказ от нормы как основа визуального метода
- Black as Resistance
- SIX: визуальный язык пустоты
- The Void
- Anti
- Вывод
FW98/ SS89
Как Рэй Кавакубо формировала эстетику Comme des Garçons через противоположность и отказ от привычных эстетических норм?
Мода долгое время существовала как система визуального порядка. Красота связывалась с гармонией, симметрией и правильным силуэтом, а одежда — с необходимостью подчёркивать тело и соответствовать эстетическим ожиданиям эпохи. Визуальная культура luxury-моды строилась на идее привлекательности, завершённости и узнаваемых кодов статуса. Comme des Garçons с самого начала существовал в противоположности этой системе.
Творчество Rei Kawakubo строится не на создании «красивой» одежды, а на разрушении привычного способа смотреть на тело, силуэт и сам объект моды. Асимметрия, чёрный цвет, пустота, деформированные формы, разорванные ткани и отказ от подчёркивания фигуры становятся не стилистическими решениями, а визуальным методом. Comme des Garçons превращает одежду в пространство визуального напряжения, где зритель сталкивается с тем, что невозможно быстро считать или однозначно интерпретировать.
Визуальный язык бренда формируется через противоположность: противоположность глянцу, сексуализированному телу, симметрии, модной индустрии и самой идее одежды как инструмента украшения. Вместо демонстрации тела Comme des Garçons исследует пространство вокруг него; вместо завершённого образа предлагает фрагмент, пустоту или деформацию. Вещи Кавакубо не стремятся быть удобными для взгляда — наоборот, они нарушают автоматизм восприятия и заставляют зрителя пересматривать собственные представления о красоте и форме.
Особое значение в исследовании занимает вопрос визуального воздействия. Comme des Garçons создаёт не только одежду, но и систему визуальных кодов: тотальный чёрный цвет, закрытость коммуникации, ограниченность доступа к проектам вроде SIX, анти-гламурная эстетика и деформированный силуэт формируют ощущение дистанции, интеллектуальности и принадлежности к закрытому кругу «подготовленного» зрителя. Бренд работает не через массовую привлекательность, а через создание визуального опыта, который требует вовлечённого взгляда.
Главный вопрос исследования — каким образом Rei Kawakubo сформировала визуальный язык Comme des Garçons через отказ от привычных эстетических норм и как этот язык воздействует на зрителя?
Гипотеза исследования заключается в том, что эстетика Comme des Garçons строится на противопоставлении традиционным механизмам модной визуальности, а её визуальная сила возникает благодаря нарушению привычного восприятия тела, формы и красоты.
«Fashion is something you attach to yourself, put on, and through that interaction the meaning of it is born.»
«Мода — это то, что ты надеваешь на себя, и через это взаимодействие рождается её смысл.»
Comme des Garçons с самого начала существовал как отказ от привычной логики модной индустрии. В отличие от большинства luxury-брендов, работающих через желание, привлекательность и демонстрацию статуса, Comme des Garçons строил собственный визуальный язык через противоположность: противоположность красоте, симметрии, сексуализированному телу и самой идее одежды как объекта потребления.
Эстетика бренда никогда не стремилась быть «удобной» для взгляда. Асимметрия, необработанные ткани, деформированные силуэты, пустота и чёрный цвет создавали визуальное напряжение и нарушали автоматизм восприятия. Вещи Comme des Garçons невозможно быстро считать: они не дают зрителю привычных ориентиров и требуют более длительного, вовлечённого взгляда.
Six sence, 1989-1990
Одежда в эстетике Rei Kawakubo перестаёт быть способом украшения тела. Вместо этого она становится пространством исследования — исследованием формы, дистанции, несовершенства и границы между телом и объектом. Именно поэтому Comme des Garçons часто воспринимается не как fashion brand, а как система визуального высказывания.
Особенность бренда заключается и в его закрытости. Comme des Garçons никогда не стремился быть массово понятным. Его визуальный язык строится на ощущении дистанции и принадлежности к ограниченному кругу зрителей, способных считать коды бренда: тотальный чёрный цвет, деконструкцию, анти-гламурную эстетику и намеренную визуальную сложность. В этом смысле Comme des Garçons формирует не только одежду, но и особый режим смотрения.
«Starting from zero. I never intended to start a revolution. I only came to Paris with the intention of showing what I thought was strong and beautiful. It just so happened that my notion was different from everybody else’s.»
«Начав с нуля. Я никогда не собиралась начинать революцию. Я приехала в Париж лишь с намерением показать то, что считала сильным и красивым. Так получилось, что моё представление отличалось от представлений всех остальных.»
Rei Kawakubo не вписывалась в модную индустрию с самого начала. У неё не было классического fashion-образования, а её подход к одежде формировался скорее через ощущение несоответствия существующим нормам, чем через интерес к традиционной моде. Для Кавакубо одежда никогда не была способом подчеркнуть красоту тела — её интересовало, как через форму можно изменить сам способ восприятия человека.
Появление Comme des Garçons совпало с моментом, когда западная мода всё больше строилась вокруг сексуализированного силуэта, luxury-гламура и идеи идеального тела. На этом фоне визуальный язык Кавакубо выглядел почти как отказ участвовать в существующей системе. Вместо подчёркивания фигуры она создавала объёмные конструкции, скрывающие тело; вместо декоративности использовала грубые ткани, асимметрию и разрывы.
Когда в 1981 году Comme des Garçons впервые появился в Париже, критики называли коллекции «post-atomic» и «Hiroshima chic». Подобная реакция показывала не только культурный шок, но и неспособность модной индустрии считать новый визуальный язык. Одежда Кавакубо разрушала привычные механизмы fashion gaze: зритель больше не мог автоматически воспринимать тело как объект красоты и желания.
Даже название бренда — «Comme des Garçons» («как мальчики») — уже содержало в себе отказ от устойчивых гендерных кодов. Женское и мужское, красивое и уродливое, завершённое и разрушенное переставали существовать как противоположности. Вместо создания нового идеала Кавакубо последовательно разрушала саму идею нормы.
«I work in three shades of black.»
«Я работаю в трех оттенках черного.»
Comme Des Garcons 1981-1986
В визуальной культуре моды чёрный долгое время существовал как знак элегантности и универсальности. Однако в эстетике Comme des Garçons чёрный перестаёт быть нейтральным цветом и превращается в визуальный механизм дистанции. В коллекциях Rei Kawakubo чёрный работает не как украшение, а как отказ — от декоративности, от глянца, от модной зрелищности 1980-х.
Когда в 1981 году Кавакубо представила в Париже почти полностью чёрную коллекцию, зритель столкнулся не просто с новой эстетикой, а с нарушением привычного режима смотрения. На фоне яркой, сексуализированной моды того времени чёрный цвет Comme des Garçons выглядел как визуальный разрыв. Асимметричные силуэты, необработанные ткани и вещи с дырами разрушали саму идею одежды как объекта привлекательности.
Comme Des Garcons 1981-1986
Чёрный в Comme des Garçons создаёт эффект визуальной закрытости. Он скрывает форму, усложняет восприятие силуэта и лишает зрителя возможности быстро «считать» образ. В отличие от luxury-моды, построенной на демонстрации статуса и тела, эстетика Comme des Garçons требует более медленного и вовлечённого взгляда. Именно поэтому чёрный становится не просто цветом бренда, а системой распознавания «своих». Его носитель оказывается частью визуального сообщества, существующего вне массовой модной культуры.
Comme Des Garcons 1981-1986
В эстетике Comme des Garçons чёрный работает как anti-fashion code. Он не стремится привлечь внимание через яркость или сексуальность — наоборот, он создаёт дистанцию между объектом и зрителем. Именно эта дистанция формирует ощущение интеллектуальности и радикальности, которое стало одной из ключевых характеристик визуального языка бренда.
«My intention is not to make clothes. My head would be too restricted if i only thought about making clothes.»
«Моё намерение — не просто делать одежду. Мой разум был бы слишком ограничен, если бы я думала только об изготовлении одежды.»
В 1988 году Comme des Garçons начал выпускать журнал SIX — проект, который функционировал скорее как художественное пространство, чем как модное издание. SIX не продавался в магазинах и не подчинялся логике fashion-медиа. Его распространяли ограниченно: через шоурумы, редакции и внутренние контакты бренда. Такая закрытая система распространения формировала ощущение визуального сообщества, доступ к которому имели только «подготовленные» зрители.
Обложки журлала «SIX»
